К вопросу о теориях юмора

Во многом представление о юморе формируется нашим жизненным опытом, и это является практической стороной дела. Теоретическое измерение юмора открывает нам значительно иную перспективу. Одно дело — быть производителем и потребителем индустрии юмора, другое — постараться его осмыслить и, возможно, вынести что-нибудь небесполезное для себя. По-видимому, плодотворное осмысление юмора невозможно без использования ряда теоретических конструкций. При всём притом следует отдавать отчёт, что мы ценим юмор (большей частью) именно за его проявления на практике. Это и юмористическое шоу, и бенефис любимого нами комика. Это и продукция отечественного автопрома, и ДОМ 2. Это и попытки магов, колдунов и прочей нечисти быть убедительными в глазах дозвонившихся туда, где prime time лечат, снимают заговоры, венцы безбрачия, словом, корректируют несчастные судьбы. Каждый по-разному ощущает следствие существования юмора. Но данный факт относится к сфере индивидуальных ощущений, которые в силу самых разных качеств (интеллектуальных, эмоциональных, психологических…) не всегда с той же адекватностью воспринимаются другими.

Итак, что нам может сказать теория?

Юмор – не простая вещь для понимания, объяснения и толкования. Современные философские разработки в области юмора в основном нацелены на выработку его приемлемого определения. Шутка ли сказать, до недавнего времени объём понятия «юмор» находили не весьма отличным от объёма понятия «смех», если вовсе не отождествляли эти два слова. Нынешние теоретики юмора основной своей задачей ставят развитие представлений именно о юморе, а не о смехе (хотя первый, несомненно, тесно связан со вторым).

Общепринято группировать теории юмора на три разнящиеся группы, центральными пункты которых представлены следующими категориями: 1) несоответствие; 2) превосходство; 3) облегчение (или утешение). В русскоязычной литературе эти теории могут обнаруживаться под несколько иными названиями и представать в смешанном виде, отводя главенствующее положение какому-либо одному понятию. Кстати, такой автор как Б. Дземидок вместо теорий юмора предпочитает выделять концепции «комического»,  и их у него насчитывается целых шесть штук. Впрочем, все они подобно электронам вращаются вокруг указанных выше трёх категорий.

Теория несоответствия является доминирующей при познании юмора. Она опирается на интуиции таких мыслителей как И. Кант, С. Кьергегор, и, по мнению А. Смутса, её мотив может быть прослежен ещё в седой старине, в сочинении Аристотеля. Особенность этой теории состоит в том, что её объектом выступает юмор как ответная реакция на несоответствие одной вещи другой. Очевидно, это является основой для иронии, востребованной во многих уголках юмористического универсума (от литературных произведений до политического дискурса, от обыденных предложений до использования в качестве примера в пособиях по логике). Взять, к примеру, выражение: «Инквизитор Торквемада относится к ближнему своему также как к Богу, в которого он верит». Налицо несоответствие действительности, сбой логики, несообразность, а заодно ирония, если не сарказм. При этом знание того, как функционирует логика, может быть необычайно полезным для развития чувства юмора. Пожалуй, данное предположение можно подтвердить присутствием  в нашем языке такого слова, как «остроумие». Ваш любимый комик наверняка не лишён остроумия, выражаемом в том или ином виде. А ещё этот комик пользуется приёмом, совершенно невинным, законным и существенным для мира юмора, — несоответствием одного другому.

Теория превосходства получила развитие благодаря идеям Т. Гоббса, на чей взгляд, юмор инициируется «неожиданным упоением» («sudden glory»), получаемым при осознании своего превосходства над другими. Надо сказать, что Т. Гоббс теоретизировал о юморе в духе тех древнегреческих философов, которые подчёркивали недружелюбное начало, могущее лежать в основании юмора. Поэтому сомнительна правота тех, кто по-прежнему настаивает на том, что юмор всегда светел, добр  и пушист. О том, насколько эффективным может быть юмор, взятый в качестве оружия, свидетельствуют многочисленные памфлеты выдающегося сатирика Дж. Свифта. В руках же квазикомиков юмор – оружие опасное.

Теорию облегчения (утешения), как правило, соотносят с именами З. Фрейда и Г. Спенсера. Они толкуют его вполне академично: как способ освобождения от эмоционального напряжения, образующегося в результате вытеснения некоторых смыслообразов в подсознательные пласты психики. Кстати, этот же момент (но с акцентом на эволюцию человеческой психики) является значимым и для рассмотрения феномена юмора в контексте теории игр. Теория игр, в отличие от уже известных нам теорий, обращает внимание ни столько на условия, необходимые для рассудочной оценки чего-либо в статусе юмора, сколько на закономерное продолжение игровой деятельности наших пращуров.

Таким образом, наличие столь неодинаковых, хотя в чём-то сходных теорий демонстрируют нетривиальность проблемы адекватного определения юмора. Любая из перечисленных теорий даёт своё видение юмористической сущности, то есть того, что составляет ценностно-смысловое ядро. Вместе с тем, данные теоретические концепты не отменяют друг друга, так как являются различными срезами одного и того же фрагмента познаваемой реальности. Того фрагмента, без которого не было бы ни комик группы  «Монти Пайтон», ни «КВН», ни миллионов счастливых лиц.


Автор: Bill4iam